На самом деле, я в каком-то смысле испытываю оптимизм, когда мои уважаемые оппоненты с пеной у рта начинают отрицать преступление сталинского НКВД в Катыни. Потому что для меня это значит только одно. Что принимая сталинизм в качестве идеологического идеала и некоего manual по строительству нового государства, они тем не менее не готовы принять его вместе с прежними преступлениями. Эти преступления — в виде жестокой диктатуры, террора и бессудных казней — кажутся им настолько этически невозможными, что они готовы, скорее, поверить в козни врага, чем в подлинность такого сталинизма. Но тогда и при столкновении с реальной историей этот сталинизм с нынешней приставкой «нео» должен рассыпаться, как карточный домик. — Читать статью
